Обожала Пушкина и боялась кошек

<p>В октябре 2020 года исполнилось 100 лет со дня кончины родной племянницы А.С. Пушкина – Ольги Львовны Оборской, последние годы жизни которой были связаны с Арзамасом. </p> <p>Первым ее мужем был помещик Яков Хоботов, который вел, как сказали бы сегодня, весьма нездоровый образ жизни, вследствие чего Ольга Львовна в 25 лет осталась вдовой. Ее единственная дочь Елизавета Яковлевна окончила институт благородных девиц и вышла замуж за Н.И. Лалетина. В Арзамас Нижегородской губернии Ольга Львовна приехала со своим вторым мужем Константином Францевичем Оборским. Он занимал должность главы акцизного ведомства в городе и слыл театралом – в 80-х годах XIX века в городе прославился театральный кружок, которым он руководил.</p> <p>Родная племянница гениального поэта в Арзамасе! Факт потрясающий! Это и почетно, и ответственно одновременно. Многие горожане, которые общались с Ольгой Львовной, конечно, осознавали важность этой личности. Отрадно, что до наших дней дошли уникальные воспоминания об арзамасском периоде ее жизни. Приведем выдержки Таисии Алипьевны Немировской, которая была дружна с племянницей Пушкина. Сведения весьма любопытны и заслуживают внимания не только горожан, но и гостей города.</p> <p><em>«Трудно судить, насколько красива была в молодости Ольга Львовна, ибо когда я приехала 1889 году в Арзамас и с ней познакомилась, ей было на вид более сорока или около 50 лет. Она была очень похожа на своего дедушку, родного отца поэта, прямо одно лицо, но выражение иное – умнее, энергичнее и выразительнее. У нее был очень высокий рост, красивая статная фигура. Но главная ее особенность – прекрасная мимика: она могла, ничего не говоря, просто повести бровью, и вы всё понимали без слов. Она была очень гостеприимна, приветлива, любила угостить обедом и говорила, что не любит одна кушать». «Мы с мужем встречали ее как почетную гостью, ибо оба боготворили Александра Сергеевича Пушкина, а мой муж Н.М. Ситников знал все его произведения наизусть. Она очень любила своего дядю Александра Сергеевича, часто и охотно о нем говорила… Ольга Львовна считала, что молодость и красота Натальи Николаевны Гончаровой его погубили, и если бы дядя не женился, то долго бы прожил и создал немало прекраснейших творений: «Первый шаг во дворец уж предрешил его погибель». Мне Ольга Львовна Оборская много рассказывала о своем гениальном дяде и его родных, при этом имела привычку для усиления впечатления говорить: «А!?» в смысле «Каково, а?». Но у нее это «А!» было чудесное, и еще мимика, так много смысла придававшая тому, что и не сказано». «У Ольги Львовны был еще родной брат Анатолий Львович, одно время живший в Арзамасе и часто бывавший у сестры, так что я его хорошо знала. Он совсем не был похож на сестру: очень красивый брюнет кавказского типа, моложавый. Очень образованный (за границей учился) и женатый на дочери Жуковского, воспитателя царя».</em></p> <p><em>«…как и ее дядя, поэт А.С. Пушкин, всегда боялась кошек, а в старости – еще и пьяных, и, чтобы создать себе более спокойную жизнь, продала свой дом и поселилась на территории Арзамасского Алексеевского монастыря, который был занят Красной армией в 1918 году. Приехав тогда по делам в Арзамас, я ее нашла в огороде в бане, лежащей на одних досках и без подушки. Она заплакала, как меня увидала, и вспомнила, как мы радовались, когда свергли царя… В это время председателем НКВД в Арзамасе был родной племянник моего покойного мужа Ситникова – студент А.Ф. Зиновьев, и я пошла к нему… Пошла прямо в учреждение и обо всем рассказала, на что он ответил так: «Тетя Тая, что делать? Людей нет! Работать не с кем!». Но все же обстановка, где находилась бедная старуха, урожденная Пушкина, улучшилась. Но она вскоре скончалась».</em></p> <p><em>«Ольга Львовна обещала подарить все письма своего дяди – поэта Пушкина – моей старшей дочери Софье Николаевне Ситниковой, окончившей высшие курсы по литературному отделу. Но в силу каприза старого человека не отдавала вещей до своей смерти, и письма погибли вместе со всей обстановкой: красноармейцы взяли их на папиросы».</em></p> <p>Ольга Львовна Пушкина-Оборская похоронена на бывшем Всехсвятском кладбище (территория современного парка им. А.П. Гайдара). На улице Советской на стене Алексеевского монастыря, который сейчас возрождается, установлена мемориальная доска. Она прожила 76 лет. И если посещение Арзамаса самим Пушкиным до сих пор остается загадкой, то пребывание здесь его племянницы не оставляет никаких сомнений.</p> <p><em>Текст: Елена Малыгина</em></p>
    СерафимМедведь